Иногда история семьи складывается из крошечных деталей — строчки в похозяйственной книге, обрывка протокола, рассказа старожила. Именно так, по крупицам, удалось восстановить судьбу рода Чорду и рассказать о человеке, чьё имя долго оставалось в тени, — Чорду Степане Ивановиче, по прозвищу Ыстай.
Род, уходящий корнями в древний Вилюйский округ
Степан Иванович — дядя по материнской линии, брат бабушки Чорду Марии Ивановны (Үнүгэс). Восстановить эту ветвь родословной оказалось непросто: долгие годы о предках говорили мало, а порой и вовсе молчали — времена раскулачивания и репрессий заставляли беречь слова.
Первые серьёзные поиски начала ещё в 1970-х годах мама, Егорова Вера Петровна. Удалось выяснить, что род Чорду когда-то переселился из Вилюйского округа, вероятно, из местности Тылгыны. Важным звеном стала находка — письмо краеведа Васильева Г. С., секретаря совета Тылгынинского наслега. В нём чётко прослеживается связь рода Чорду с княжеским родом Соломоновых:
«У Фёдора Соломонова жила некая Матвеева Анна на пропитание. Пока она жила у него, к нему приехала с Ессея дочь или жена Дуолан Уйбаана Христина с тремя дочерьми и двумя сыновьями: Үнүгэс, Анна, Христина, Степан и Илья. Дочерей сначала увезли в Кэнтик Верхневилюйского района. Сыновей позже с матерью Фёдор обратно отвёз в Ессей. Во время раскулачивания Фёдор уехал в Ессей и больше не вернулся. Родственников в Тылгыны никого не осталось, все уехали».
После этого письма Вера Петровна поехала в Ессей, чтобы встретиться с родственниками. Там оставался лишь Чорду Илья Иванович (Хаппатта) — у него были дочь Полина и сын Иван. Илья Иванович почти не рассказывал о предках, лишь упоминал, что дед был шаманом. В те годы многие моменты хотелось либо забыть, либо не выносить наружу.
Архивные находки и живые легенды
В последние годы поиски продолжила внучка, обратившись к документам Эвенкийского архива. Она нашла метрики, съездила в районный центр Тура и поговорила со старожилами. Так подтвердилось то, о чём шептались в семье: могила шамана находится на стороне Сикэй Сээнэ, у озера Ессей, и до сих пор её узнают по птицам. А неподалёку есть маленькое озеро Хаппата — его назвали в честь дяди Ильи Чорду, которого тоже считали шаманом.
Судьба Степана Ивановича прослеживается по документам: сначала он появляется в протоколах собраний 1930-х годов как активный участник обсуждений, тесно связанный с Вилюйским округом. Позже, в 1940-х годах, он работал счетоводом, а затем его след в бумагах теряется. В семейных книгах встречается и Илья Иванович: вместе с ним жили жена Аксинья, дочь Полина, мать Христина и сестра Христина. Однажды мать Христина значилась проживающей со Степаном Ивановичем — ещё одна тонкая ниточка, связывающая родных.
Страницы истории: Ессей в 1920–1930-е годы
История рода неотделима от истории места. В 1923–1924 годах в Туруханском крае член РКП(б) Савельев Е. С. в своём докладе отмечал: ессейские якуты не признавали власть Туруханского крайисполкома и не хотели платить ему налог. Они стремились к тому, чтобы их род относился к Якутской автономии, и находились на грани открытого бунта. По наблюдениям автора доклада, ессейцы были более зажиточными и сильными по сравнению с соседними группами, и вопрос границ оставался крайне острым.
Особенно красноречив протокол собрания Ессейского туземного совета 1932 года. На нём выступил Чорду Ыстай — тот самый Степан Иванович. Он говорил от имени народа: люди не принимали новые сборы и налоги и хотели уйти к Вилюйску. Сцена получилась почти кинематографической: за Ыстаем в зал вошли 50–60 человек, в основном батраки и бедняки, и после его слов все разом покинули собрание.
Но тот же 1932 год сохранил и другую сторону позиции Степана Ивановича. Вместе с другими участниками он выступал за развитие инфраструктуры: подчёркивал, что в районе крайне необходимы школа и больница. В итоге собрание постановило поддержать советское строительство и провести самообложение на сумму 10 000 рублей для возведения социальных объектов. А самого Степана Ивановича избрали в народные заседатели — знак доверия и признания со стороны земляков.
К 1936 году давний спор о границах наконец получил решение: проект границы с Якутской АССР, подготовленный Илимпейской землеустроительной и водохозяйственной экспедицией, был рассмотрен и одобрен.
Семья, труд, память
Сегодня память о роде Чорду живёт не только в семейных воспоминаниях, но и в топонимах: озеро Хаппата, рассказы старожилов, бережно хранимые документы. А история Степана Ивановича — Ыстая — это пример того, как человек, оставаясь в тени, мог быть опорой для своего народа: выступать от его имени, брать на себя ответственность и выбирать созидание даже в самые непростые времена.
Анетта Егорова
Также читайте:
Как ессейские якуты сохранили язык, культуру и память предков
Читайте нас в:
